ВСФ НИИ ТРУДА » ПУБЛИКАЦИИ » Изменения в Классификаторе и в Методике проведения специальной оценки условий труда
ГЛАВНАЯ ПУБЛИКАЦИИ КОНФЕРЕНЦИИ СЕМИНАРЫ ДОКУМЕНТЫ ПРОФРИСК.РФ ON-LINE ЗАЯВКА КОНТАКТЫ
ВСФ НИИ ТРУДА
ОБ ОРГАНИЗАЦИИ
НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ ОТЧЕТЫ
МОНИТОРИНГ СОЦИАЛЬНО-ТРУДОВОЙ СФЕРЫ
ОБЗОР РЫНКА ТРУДА
ЭКСПЕРТНЫЕ ОПРОСЫ
БИБЛИОТЕКА
ПУБЛИКАЦИИ
ПИЛОТНЫЙ ПРОЕКТ
ОБУЧЕНИЕ
УСЛУГИ
ОБЪЯВЛЕНИЯ
семинары «ОХРАНА ТРУДА»
Специальная оценка условий труда
Для получения дополнительной информации посетите сайт "Профриск.РФ": Profrisk.ru

Изменения в Классификаторе и в Методике проведения специальной оценки условий труда

Изменения в Классификаторе и в Методике проведения специальной оценки условий труда (Приказ Минтруда России № 24н от 21 января 2015 г.)

Опубликовано в электронном журнале "Охрана труда" http://e.otruda.ru

Автор публикации: Директор Восточно-Сибирского филиала ФГБУ «Научно-исследовательский институт труда и социального страхования» Минтруда России Байгереев Марат Серикбаевич

 

Минюст России 9 февраля зарегистрировал Приказ Минтруда России от 21 января 2015 г. №  24н  «О внесении изменений в Методику проведения специальной оценки условий труда и Классификатор вредных и (или) опасных производственных факторов, утверждённые приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 24 января 2014 г. № 33н».

Минтруд уточнил пункт 29 указанной Методики, существенно расширив и дополнив содержание раздела «Отнесение условий труда к классу (подклассу) условий труда при воздействии биологического фактора», который теперь стал похож на раздел. Соответствующие изменения внесены в Приложение № 9 и в пункт 3 указанного Классификатора («Биологический фактор»), включая сноску «8».

Гораздо менее существенные, на первый взгляд, но весьма знаковые, по существу, изменения также коснулись подпункта 1.4.1. Классификатора, который теперь называется «Освещенность рабочей поверхности» (без слов «при искусственном освещении»), и к которому теперь привязана сноска «4» в новой редакции, дополненной словами «или при осуществлении подземных работ, в том числе работ по эксплуатации метрополитена». Технически правильнее и логичнее было бы привязать эту сноску ко всему подразделу, т.е. к подпункту 1.4. Световая среда, по аналогии с подпунктами 1.1. Микроклимат, 1.2. Аэрозоли преимущественно фиброгенного действия (АПФД), 1.3. Виброакустические факторы, 1.5. Неионизирующие излучения и т.д. Все перечисленные подразделы-подпункты снабжены соответствующими примечаниями-сносками, уточняющими, где указанные факторы идентифицируются экспертом, а где их идентифицировать не стоит. Таким образом, внесённое изменение логически завершает процесс исключения так называемых «офисных» (и не только их, об этом – позже!) рабочих мест из процедуры измерения физических (и не только физических!) факторов.

Напомним, утвержденный Приказом Минтруда России № 33н Классификатор применяется для идентификации потенциально вредных и (или) опасных производственных факторов – процедуры, предусмотренной ст. 10 Федерального закона «О специальной оценке условий труда» и разделом II упомянутой Методики. Идентификация и Классификатор – это своего рода фильтр, через который проходит процедура специальной оценки условий труда, перед тем как приступить к лабораторным измерениям и исследованиям. Для правильной «фильтрации» производственных факторов, которые сначала считаются вредными лишь потенциально, Классификатор снабжен упомянутыми сносками-примечаниями, играющими решающую роль в этой «фильтрации». Насколько они облегчают или, наоборот, осложняют работу экспертов и членов комиссий по проведению специальной оценки условий труда?

Для начала разберемся с содержанием этих «фильтрующих» исключений, которые, по сути, представляют собой упомянутые сноски, и вспомним предысторию специальной оценки условий труда.

Специалисты помнят нашумевший в своё время Приказ Минтруда России № 590н от 12.12.2012 «О внесении изменений в Порядок проведения аттестации рабочих мест по условиям труда, утверждённый приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 26 апреля 2011 г. № 342н». Этим Приказом Минтруд России фактически исключил из процесса аттестации все «офисные» рабочие места. Сделано это было путем добавления сноски-примечания к изменённой редакции пункта 4 указанного Порядка. Если ранее аттестации подлежали все рабочие места работодателя, то согласно новой редакции, аттестации подлежали рабочие места работодателя, за исключением рабочих мест, на которых работники исключительно заняты на персональных электронно-вычислительных машинах (персональных компьютерах) и (или) эксплуатируют аппараты копировально-множительной техники настольного типа, единичные стационарные копировально-множительные аппараты, используемые периодически, для нужд самой организации, иную офисную организационную технику, а также бытовую технику, не используемую в технологическом процессе производства.

Вспомним, что не один Минтруд России участвовал в том процессе и не по инициативе одного лишь Минтруда России было внесено это чисто политическое изменение в упомянутый нормативный акт: в то время все органы исполнительной власти сверху до низу как могли выполняли поручения Президента России того периода, продиктованные политикой снижения «административной нагрузки на бизнес» и исключения «избыточного регулирования». Проблема этой неуклюжей попытки федеральной власти заключалась в том, что внесённое ведомственным актом изменение вступило в противоречие как минимум с нормой статьи 212 Трудового кодекса РФ, обязывающей всех работодателей провести аттестацию рабочих мест по условиям труда без каких-либо исключений, и, как максимум, с законодательными и подзаконными нормативно-правовыми актами, развивающими конституционную норму, сформулированную в части 3 статьи 37 Конституции РФ, которая говорит о том, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Напомним, что согласно прежней редакции статьи 209 Трудового кодекса РФ, аттестация – это оценка условий труда на рабочих местах в целях выявления вредных и (или) опасных производственных факторов и осуществления мероприятий по приведению условий труда в соответствие с государственными нормативными требованиями охраны труда. Согласно постановлению Правительства РФ № 1160 от 27.12.2010, к нормативным правовым актам, содержащим государственные нормативные требования охраны труда, относятся стандарты безопасности труда, правила и типовые инструкции по охране труда, государственные санитарно-эпидемиологические правила и нормативы (санитарные правила и нормы, санитарные нормы, санитарные правила и гигиенические нормативы, устанавливающие требования к факторам рабочей среды и трудового процесса).

Какие государственные нормативные требования охраны труда «выпали» из процесса аттестации условий труда «офисников»? Это в первую очередь Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы СанПиН 2.2.2/2.4.1340-03 «Гигиенические требования к персональным электронно-вычислительным машинам и организации работы», Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы СанПиН 2.2.2.1332-03 «Гигиена труда. Технологические процессы, сырье, материалы и оборудование, рабочий инструмент. Гигиенические требования к организации работы на копировально-множительной технике. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы» и Приказ Министерства РФ по связи и информатизации № 162 от 2.07.2001 «Об утверждении ТОИ Р-45-084-01 «Типовая инструкция по охране труда при работе на персональном компьютере»). При этом, заметьте, первые два СанПиНа были зарегистрированы Минюстом России.

Идентификация потенциально вредных и (или) опасных производственных факторов (ст. 10 Федерального закона № 426-ФЗ) и Методика проведения специальной оценки условий труда, в том числе внесённые в неё Приказом Минтруда России №  24н изменения, продолжают логику Приказа Минтруда России № 590н от 12.12.2012, но уже в совершенно другом правовом поле. Во-первых, внесены соответствующие поправки в Трудовой кодекс РФ, касающиеся управления профессиональными рисками и создания системы управления охраной труда (в редакции Федерального закона № 421-ФЗ от 28.12.2013). Во-вторых, «офисные» рабочие места не исключаются из обязательного для всех проведения специальной оценки условий труда, но сама оценка значительно упрощена процедурой идентификации. При этом, идентификация «отфильтрована» таким образом, чтобы, по возможности, не обязывать работодателей проводить дорогостоящие исследования (испытания) и измерения производственных факторов на таких (и не только таких!) рабочих местах, т.е. не тратиться на привлечение испытательной лаборатории. Почему «по возможности»? Всё не так просто как кажется на первый взгляд. Давайте рассмотрим «дух и букву закона».

То, что «фильтр» идентификации предназначен для исключения из процесса лабораторных измерений в первую очередь «офисных» рабочих мест сомнения теперь ни у кого не вызывает. Если раньше световая среда a priori считалась вредным производственным фактором и подлежала измерениям в любых помещениях, то сноска «4» отныне позволяет идентифицировать её как вредный и (или) опасный фактор только при выполнении прецизионных работ с величиной объектов различения менее 0,5 мм, при наличии слепящих источников света, при проведении работ с объектами различения и рабочими поверхностями, обладающими направленно-рассеянным и смешанным отражением, или при осуществлении подземных работ, в том числе работ по эксплуатации метрополитена. Таким образом, замеры освещенности теперь не стоит производить не только в кабинетах и офисах, но и в цехах, гаражах, на конвейерах и сборочных линиях, в мастерских и других производственных помещениях, если там не ведутся работы, указанные в сноске «4».

Микроклимат (температура, относительная влажность и скорость движения воздуха) идентифицируется как вредный и (или) опасный фактор на рабочих местах, расположенных в закрытых производственных помещениях, на которых имеется технологическое оборудование, являющееся искусственным источником тепла и (или) холода (за исключением климатического оборудования, не используемого в технологическом процессе и предназначенного для создания комфортных условий труда). Об этом указано в сноске «1», содержание которой вызывало справедливые возмущения многих специалистов по аттестации рабочих мест: «как быть с дорожными рабочими, замерзающими при укладке асфальта или дворниками весь день подметающими холодные улицы или убирающими снег, строителями, вынужденными работать на жаре и т.д.?». А если работники, например, механо-сборочного цеха жалуются на то что зимой сквозняки и батареи не греют, а летом, наоборот, дышать не чем? Что говорить о многочисленных служащих, ютящихся в полуподвальных сырых и тёмных офисах?

Следующая сноска (2) «фильтрует пыль», а точнее – аэрозоли преимущественно фиброгенного действия (АПФД), указанные в пункте 1.2 Классификатора, которые идентифицируются как вредные и (или) опасные факторы только на рабочих местах, на которых осуществляется добыча, обогащение, производство и использование в технологическом процессе пылящих веществ, относящихся к АПФД, а также эксплуатируется оборудование, работа на котором сопровождается выделением АПФД (пыли, содержащие природные и искусственные минеральные волокна, угольная пыль). Поинтересуйтесь у сотрудников кадровых служб или бухгалтеров, нормировщиков и т.п., чем они вынуждены дышать весь рабочий день в кабинетах, расположенных на территории цементного завода, например?

Вряд ли тот же самый контингент «производственной канцелярии», расположенной, например, на стройке (или хотя бы вблизи трамвайных линий!), с восторгом встретит печальную для них новость о том, что их условия труда вполне «соответствуют государственным нормативным требованиям охраны труда» и согласно статье 11 Федерального закона  «О специальной оценке условий труда» на целых десять лет (если кто-то из них за это время не потеряет своё здоровье на производстве) занесены в соответствующий реестр деклараций Роструда. Почему? Потому, что виброакустические факторы, предусмотренные в пункте 1.3 Классификатора, благодаря сноске «3» идентифицируются как вредные и (или) опасные факторы только на рабочих местах, на которых имеется технологическое оборудование, являющееся источником указанных виброакустических факторов. Им не повезло, что шум отбойных молотков за окном не относится к их условиям труда, а сотрясающийся по нескольку раз в день от проводящихся за углом строительно-монтажных работ (или проходящего мимо трамвая!) письменный стол, на котором дрожит и шумит вентилятором трансформатора старенький персональный компьютер не является «технологическим оборудованием».

При желании, может быть и получится локальными нормативными актами  работодателя отнести персональные компьютеры и копировально-множительную технику к технологическому оборудованию, логически и технически грамотно привязав эту технику к технологическому процессу производства, особенно учитывая, что по производительности современные настольные ПЭВМ в разы превосходят электронно-вычислительные комплексы конструкторских бюро 60-70х годов, а современные офисные копиры и принтеры (включая тех, кто работает за ними) заменяют теперь целые типографии. Но правомерность такой «классификации» потребуется доказать экспертам, хорошо знакомым, например с ГОСТ 24444-87 или с ГОСТ 3.1109-82 "Единая система технологической документации. Термины и определения основных понятий".

Вопрос с идентификацией электромагнитных полей, неизбежно сопровождающих работу любого электроприбора, решен еще проще. Неионизирующие излучения – пункт 1.5 Классификатора. Все, наверняка, обратили внимание на сноску «5», слово-в-слово, без изменений повторяющую сноску «1» из пункта 4 упомянутого Порядка проведения аттестации рабочих мест по условиям труда (Приказ Минздравсоцразвития России от 26 апреля 2011 г. № 342н в редакции Приказа Минтруда России от 12 декабря 2012 г. № 590н): «За исключением рабочих мест, на которых работники исключительно заняты на персональных электронно-вычислительных машинах (персональных компьютерах) и (или) эксплуатируют аппараты копировально-множительной техники настольного типа, единичные стационарные копировально-множительные аппараты, используемые периодически для нужд самой организации, иную офисную организационную технику, а также бытовую технику, не используемую в технологическом процессе производства».

Обратите также внимание на то, что это единственная сноска в Классификаторе, стилистически отличающаяся от всех остальных, которые начинаются со слов «Идентифицируются как…». То что в Минтруде России даже в ущерб правилам русского языка не стали редактировать содержание привычной сноски, оказавшейся в новом грамматическом окружении (неионизирующие излучения являются физическими факторами, а не рабочими местами), весьма символично: политическая преемственность нормативных актов сохранена без изменений.

Учитывая политическую составляющую рассматриваемых нормативно-правовых актов, следует понимать мотивацию федерального органа исполнительной власти, отвечающего не только за нормативно-правовое регулирование, но и за политику в сфере труда, и именно в этом контексте необходимо читать Федеральный закон № 426-ФЗ, Методику и Классификатор. В этом контексте становятся вполне обоснованными и понятными следующие риторические ответы руководителей Минтруда России на многочисленные вопросы специалистов по аттестации рабочих мест из приведённых выше примеров: «работодатели должны соблюдать государственные нормативные требования охраны труда (включая санитарные правила и нормы), обеспечивать своих сотрудников средствами индивидуальной защиты, устанавливать и соблюдать режимы труда и отдыха, благоустраивать производственные и бытовые помещения и т.д., неужели для этого нужна специальная оценка?». Ответ вполне очевиден, если принять во внимание главный мотив принятия Федерального закона «О специальной оценке условий труда»: введение дополнительных тарифов страховых взносов (по сути, дополнительного налога на «льготных списочников») и освобождение от этих взносов (или их снижение) для тех, кто улучшает условия труда после проведения специальной оценки.

Та же интерпретация применима и к другим исключениям из идентификации прочих производственных факторов и возможными в связи с этим вопросами. Например, как быть, если у работников, заболевших онкологией, возникло подозрение в том, что источником их тяжёлой болезни стали радиоактивные строительные материалы, из которых некогда был произведён ремонт их внешне благополучного кабинета, или банальная плесень на сырых потолках и стенах, с которой они были вынуждены сосуществовать долгие годы своей трудовой деятельности? Радиоактивные загрязнения (см. пункт 1.6 Классификатора) и патогенные микроорганизмы (см. пункт 3 Классификатора) не подлежат идентификации на их рабочих местах и все эти годы условия их труда будут декларироваться как соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда. Вопрос вполне резонный, но, во-первых, согласитесь, далеко не все работодатели столь беспечно относятся к ремонту офисов или содержат помещения в столь плачевном (иногда буквально) состоянии: чтобы повлиять на работодателя в приведённом примере работнику проще обратиться в ближайший территориальный орган Роспотребнадзора, а не Роструда). Во-вторых, одно дело, когда ионизирующие излучения и биологические факторы, являются случайными, т.е. не характерными для трудовой деятельности работника, и совсем другое – когда эти факторы являются неотъемлемой частью его работы в силу её специфики, когда риск получения профессионального заболевания очевиден, что и учитывалось при подготовке рассматриваемых нормативно-правовых актов. Механизм специальной оценки заточен под выявление тех вредных факторов и оценку тех условий труда, которые являются неотъемлемой и неизбежной частью трудовых отношений в силу того, что предусмотрены самой трудовой функцией работника.

И наконец, третье. Первичная «фильтрация» была сделана в части 6 статьи 10 Федерального закон «О специальной оценке условий труда», исключившей из процесса идентификации потенциально вредных и (или) опасных производственных факторов категорию рабочих мест, на которых трудятся льготники, имеющие право на досрочную пенсию, либо которым предусмотрены гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, или которые были ранее аттестованы по классу 3.1 и выше. В этой связи, работники на конвейерных линиях или рабочие механо-сборочного цеха, гаражей, мастерских и других производственных помещений из приведенных выше примеров, могут не волноваться: их профессии, скорее всего, уже были внесены в так называемые льготные списки, хорошо известные тем экспертам, на которых частью 7 указанной статьи Федерального закона возложена обязанность определить перечень подлежащих исследованиям (испытаниям) и измерениям вредных и (или) опасных производственных факторов. Вопрос: зачем тогда Минтруд России так педантично вычистил Классификатор обременив его десятком «фильтрующих» сносок? Ответ можно найти в самих нормативных актах, утвердивших в своё время эти самые льготные списки.

Например, Постановление Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. № 10, утвердившее списки производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих право на льготное пенсионное обеспечение (те самые «Список 1» и «Список 2»), уже тогда предписывало руководителям предприятий и организаций провести аттестацию рабочих мест и принять необходимые меры к улучшению условий труда (пункт 3). Таким образом, политика постепенного ухода от льготных списков, начало которым было положено в середине прошлого века (именно тогда стали появляться первые списки), наметилась еще в поздний советский период, на рубеже 90-х гг., когда экспериментальная тогда еще аттестация «первой волны» рассматривалась как фактор модернизации производства и постепенного улучшения условий труда. Уже тогда стало ясно, что гораздо эффективнее периодически оценивать реальные условия труда работников, чем постоянно пересматривать быстро устаревающие списки, не поспевающие за техническим прогрессом. Именно этим целям и служат процедура идентификация и Классификатор, смысл которых можно понять, если представить перспективу технического перевооружения предприятий и появления новых ранее не известных профессий и специальностей.

Пришедшая на смену аттестации рабочих мест специальная оценка условий труда в перспективе пары десятилетий неизбежно отомрёт вместе со списками советского периода, постепенно уступая место гораздо более динамичному и современному инструменту управления охраной труда – системе управления профессиональными рисками. Перечитайте Классификатор через призму перспективы вывода рабочих мест за пределы опасных зон и зон повышенного риска, и станет ясно, о чём идёт речь в сносках-примечаниях.

Но это в перспективе, а как сейчас быть комиссиям и экспертам в сложных ситуациях идентификации? В общем и целом с идентификацией проблем быть не должно: благополучные (всё в нашем мире относительно) офисы и рабочие места в массовом порядке пройдут через упрощенную и недорогую (трудозатраты простого заключения эксперта не сопоставимы с аналитическими исследованиями и измерениями испытательных лабораторий) процедуру специальной оценки условий труда по пути к декларированию соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда. На этом специальная оценка для них и закончится, возможно даже на долгие годы (части 4 и 7 статьи 11 Федерального закона № 426-ФЗ).

Проблема может возникнуть и возникает в отдельных случаях, примеры которых частично приведены выше, если работник или его представитель (это не обязательно профсоюз, в отдельных случаях возможно появление дорогого адвоката, исковые требования или административные штрафы могут исчисляться весомыми суммами) не согласен с результатами идентификации и настаивает на проведении измерений.

Плохую службу может сослужить правовая трансформация законодательной нормы, обязывающей учитывать предложения работников по осуществлению на их рабочих местах идентификации потенциально вредных и (или) опасных производственных факторов (пункт 4 части 3 статьи 10 Федерального закона «О специальной оценке условий труда»). В последнем абзаце пункта 4 Методики эта норма перестала быть императивной («должны учитываться…») и стала диспозитивной («может…»): опрос работника проводится по усмотрению эксперта. Здесь решающую политическую роль должна сыграть комиссия работодателя, как инструмент системы управления охраной труда в части реализации политики[1] охраны труда организации. Наполните эти слова смыслом, который вкладывают руководители Минтруда России, определяя политику специальной оценки условий труда и призывая экспертов и членов комиссий самостоятельно определяться в каждом конкретном случае: «Мы не дадим ответы на все вопросы, для этого и вводится институт экспертов по проведению специальной оценки условий труда, при проведении идентификации эксперт должен разобраться на месте в каждой конкретной ситуации». От себя добавлю, что если «эксперт» не может ничего ценного предложить комиссии работодателя в таких непростых ситуациях идентификации, то лучше сменить организацию-оценщика и обратиться к настоящим экспертам.

В конечном итоге, что бы не предложил эксперт, только комиссия может и должна разобраться в конкретных ситуациях на рабочих местах и оценить риски развития конфликта в случае, если работники настаивают на проведении измерений, несмотря на требования Методики и Классификатора. Хороший эксперт предложит варианты, но выбор за работодателем. И при любых обстоятельствах, должно быть понимание, что проведение замеров и получение протокола измерений параметров микроклимата, световой среды, электромагнитных полей или шума (чаще всего один-два фактора являются камнем преткновения в требованиях обеспокоенного работника) не требует больших затрат и сложных вычислений (добросовестный эксперт сделает это быстро и недорого портативными приборами методом прямых измерений буквально на месте), но зато избавит от развития конфликта и многих проблем.

Какие могут быть проблемы, если конфликт выйдет из под контроля комиссии и станет неуправляемым? Не стоит забывать, что сама возможность конфликта, учитывая деликатность и политическую чувствительность вопроса с льготами, гарантиями и компенсациями за работу с вредными условиями труда, предусмотрена статьями 24-26 «О специальной оценке условий труда» и соответствующими подзаконными актами (в первую очередь, приказами Минтруда России № 549н от 12 августа 2014 г. и № 652н от 22 сентября 2014 г.). Но настоящая проблема может возникнуть при обращении сомневающегося или недовольного работника (его представителя) как раз не в органы государственной экспертизы условий труда, а дальше – в территориальные органы Роспотребнадзора и подведомственные ему лаборатории. И тогда цена неправильного решения комиссии будет совершенно иной!

Гигиенические требования к персональным электронно-вычислительным машинам и к организации работы на копировально-множительной технике, например, определены в упомянутых выше санитарно-эпидемиологические правилах и нормативах Роспотребнадзора: СанПиН 2.2.2/2.4.1340-03 и СанПиН 2.2.2.1332-03 соответственно. В них перечислены вредные факторы на этих (так называемых «офисных») рабочих местах: уровень освещения (включая прямую и отраженную блёсткость), микроклимат в холодный и тёплый период года, ультрафиолетовое излучение, шум, неионизирующие электромагнитные поля ПЭВМ, повышенный уровень статического электричества; пониженная ионизация воздуха; напряжённость трудового процесса (физические перегрузки, перенапряжённость зрительного анализатора) и т.д. Указан внушительный перечень химических факторов для рабочих мест с наличием копировально-множительной техники: аммиак, оксид азота, ацетон, селенистый водород, стирол, озон, эпихлоргидрин и др., а для переплётно-брошюровочного участка – еще и «пыль бумажная с примесью диоксида кремния». И проблема даже не в дороговизне измерений этих факторов с привлечением серьёзной, хорошо оборудованной специализированной лаборатории Роспотребнадзора с так называемой «мокрой химией». Проблема в том, как будет выглядеть заключение эксперта, не выявившего на основе требований Методики, указанные факторы и не идентифицировавшего их как «вредные и (или) опасные» в том случае, если «вдруг» лаборатория подведомственная Роспотребнадзору, выдаст протокол измерений, свидетельствующий о превышении предельно допустимых значений по какому либо из перечисленных факторов.

Государственный санитарно-эпидемиологический надзор за соблюдением санитарных правил, разработанных во исполнение Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» – функция Роспотребнадзора и его территориальных органов. Именно этот федеральный этот орган исполнительной власти привлекает к административной ответственности за нарушение требований указанных СанПиНов. Для подавляющего большинства работодателей, у которых офисы в чистоте и порядке (относительно, конечно же), и работники не жалуются на условия труда, нет повода для беспокойства. Для сохранения своего здоровья и снижения риска травматизма и профессиональных заболеваний достаточно соблюдать простые и нехитрые правила по охране труда. Например, следуя инструкция по охране труда при работе на персональном компьютере[2] сотрудники должны помнить следующее:

  • продолжительность непрерывной работы с компьютером без регламентированного перерыва не должна превышать 2-х часов;
  • во время регламентированных перерывов с целью снижения нервно-эмоционального напряжения, утомления зрительного анализатора, устранения влияния гиподинамии и гипокинезии, предотвращения развития познотонического утомления выполнять комплексы упражнений, а не только бесконечно пить чай или кофе на работе, не отрываясь от монитора, даже если вы сидите в «соцсетях» или смотрите очередной забавный ролик на «ютубе».

 

Настоящая проблема может возникнуть, если работники ютятся в сыром (фактор 1.1.2 Классификатора «Относительная влажность воздуха») или тёмном (фактор 1.4. «Световая среда»), плохо отапливаемом (фактор 1.1.1. «Температура воздуха») или плохо проветриваемом помещении, или, наоборот, вынуждены работать на сквозняке (фактор 1.1.3. «Скорость движения воздуха»), и, при этом, комиссия с подачи «эксперта», не выявившего вредные факторы, предлагает работодателю в полном соответствии с Федеральным законом № 426-ФЗ подать в государственную инспекцию труда декларацию соответствия условий труда государственным нормативным требованиям охраны труда. Реальная проблема с печальными последствиями возникнет, если органы Роспотребнадзора выявят на таких рабочих местах нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, которые, как известно, согласно постановлению Правительства РФ № 1160 от 27.12.2010, относятся к нормативным правовым актам, содержащим государственные нормативные требования охраны труда.

Руководители Минтруда России совершенно справедливо указывают на переходный период и конфликт законодательных концепций между доктриной «абсолютной безопасности», заложенный в Федеральном законе № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и доктриной «приемлемого профессионального риска», предусмотренной Трудовым кодексом и Федеральным законом № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда». И главный федеральный регулятор трудовых отношений делает всё, чтобы на уровне подзаконных актов в этот переходный период обе правовые концепции не конфликтовали, а дополняли друг друга так, чтобы и «овцы были целы» (интересы работников) и «волки сыты» (интересы работодателя). Членам комиссии с одной стороны и экспертам, с другой, достаточно проявить мудрость и дальновидность в выборе стратегии проведения специальной оценки условий труда, чтобы минимизировать риски и не попасть в зону вероятного конфликта.

Что касается «офисников», то именно в отношении этих категорий работников наиболее эффективным инструментом защиты их здоровья как раз является не статичная оценка условий труда в духе традиционной аттестации рабочих мест, а динамичная и регулярная оценка профессиональных рисков в рамках системы управления охраны труда.

И в заключение, если вы проявили терпение дочитать эту статью до конца в электронном виде, то, заканчивая работу за ПЭВМ необходимо:

  • отключить питание компьютера.
  • привести в порядок рабочее место.
  • выполнить упражнения для глаз и пальцев рук на расслабление.

Доброго всем здоровья!

 

Марат Байгереев

Директор ВСФ ФГБУ «НИИ ТСС» Минтруда России

Иркутск, 19 февраля 2015 г.



[1] Специалистам организаций при реализации требования ст. 212 Трудового кодекса РФ в части создания и функционирования своей системы управления охраной труда следует задуматься об этом заранее, например, каким смыслом наполнить раздел под названием «Политика» (см. п. 4.1 в ГОСТ 12.0.230.2007).

[2] Приказ Министерства РФ по связи и информатизации № 162 от 2.07.2001 «Об утверждении ТОИ Р-45-084-01 «Типовая инструкция по охране труда при работе на персональном компьютере».


[attachment=Скачать статью в формате pdf для печати]

Для печати
© 2009-2017 Марат Байгереев Тел.: (3952) 458-500, 458-520, 29-23-53